ЕЖЕМЕСЯЧНАЯ
ГАЗЕТА "МИР
ПРАВОСЛАВИЯ"

№1 (214)
январь 2016

САЙТ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ В ПРИБАЛТИКЕ
Союз писателей России – Эстонское отделение
Объединение русских литераторов Эстонии
Международная литературная премия им. Ф.М. Достоевского
Премия имени Игоря Северянина
Русская община Эстонии
СОВЕРШЕННО НЕСЕКРЕТНО
На главную страницу
 


Мозаика. Из Петербурга в Таллин


Искусство мозаики появилось на свете примерно в пятом веке до н. э.
В России на протяжении многих столетий интерес к нему возникал неоднократно. Впервые мозаика пришла в IX веке, как элемент внутреннего убранства православного храма, из Византии. Поскольку секрет изготовления цветного стекла (смальты) держался в строжайшем секрете, широко мозаики не распространились – материал стоил дорого, процесс изготовления был длителен. Одно из немногих мест, где можно увидеть мозаичные образа первой половины IX века, – Собор Святой Софии в Киеве.

«Вторая мозаичная волна» пришла в конце XVIII века, это было связано с появлением в России своего производства цветного стекла, которое было создано благодаря Михаилу Ломоносову. Мозаики стали изготавливаться без применения иностранных материалов, что существенно удешевило стоимость панно. Поскольку мозаика не боится ни сырости, ни холода, краски её не тускнеют со временем – до нас дошли панно, иконы, портреты, изготовленные самим Ломоносовым. К сожалению, интерес к мозаичному искусству опять пропал, в связи с кончиной этого удивительного учёного-художника-поэта.



О мозаике вспомнили в третий раз при строительстве Исаакиевского собора в Петербурге в середине XIX века. Роспись красками во влажном климате города на болотах не высыхала, темнела и осыпалась. «Вечная» мозаика могла заменить картины. Мастера-мозаичисты, прошедшие обучение в Риме у известного итальянского специалиста Микеланджело Барбери, выполняли точнейшие копии масляных полотен К. П. Брюллова, Ф. П. Брюллова, В. К. Шебуева, Ф. А. Бруни и других именитых художников. Мозаики невозможно было отличить от оригиналов даже с близкого расстояния, они полировались до блеска. В отличие от рельефных ломоносовских мозаик и мозаик Софии Киевской (Византийских- на них кусочки цветного стекла помещались под разными углами и не подвергались шлифовке намеренно, ловя свет по-разному), эти мозаичные фрагменты давали неповторимые цветовые и световые эффекты, поверхность (Римских) мозаик XIX века шлифовалась до глянцевого состояния. Работы над картинами Исаакивского собора было много, поэтому из Италии был приглашён ещё один специалист мозаичного искусства Винченцо Рафаэлли, которому было поручено организовать Российскую мозаичную мастерскую при Академии художеств. Искусство изготовления смальты для мозаичных картин было доведено до совершенства. В печах мастерской выплавлялось цветное стекло более 20 000 оттенков. Мозаичные панно, украшающие храм, больше напоминали картины религиозного содержания, украшающие католические церкви, чем традиционные русские иконы.

Именно среди 16 мастеров, изготавливающих мозаики по эскизам Т. А. Неффа, впервые упоминается Александр Никитич Фролов, ставший в дальнейшем основателем знаменитой мозаичной мастерской Фроловых.
Александр Никитич родился 30 июля 1830 года в Петербурге. В 15 лет он пошёл работать мастеровым на стеклянный завод, но вскоре был определён в Императорскую Академию художеств, так как хорошо рисовал. Получая различные награды, обучаясь исторической портретной живописи и мозаичному искусству, А. Н. Фролов учился и работал. К 1865 году получил звание старшего художника-мозаичиста и был назначен «смотрителем смальт мозаичной мастерской», в его обязанности входило наблюдение за производством цветного стекла. Далее, к 1880 году Александр Фролов получил по предложению Ф. А. Бруни звание академика мозаичного искусства.



В это время интерес к мозаичному искусству как пришедшему из Византии, а значит исконно православному, опять возрос. «Русский стиль» стал в архитектуре доминирующим благодаря интересу Александра III к возрождению национальных традиций: мозаичные иконы начинают делаться не как копии с живописных оригиналов, а как самостоятельные работы под наблюдением художника, изготовившего эскизы. Именно так были выполнены мозаики на фасадах Кафедрального Собора Александра Невского, возведённого в 1900 году в Таллине.

Рисунки, по которым делались эти иконы, выполнил художник А. Х. Преображенский специально с учётом перевода их в мозаики, он лаконично прорисовывал силуэты, уделял внимание чёткости форм, глубине и яркости цвета. Интересно, что художникам, рисовавшим свои картоны для перевода их в мозаики, не всегда удавалось с первого раза понять специфику работы. Градации цветовой палитры, простота линий, выявление объёма, - все эти нюансы, несомненно, удались А. Преображенскому.

Три мозаики над фасадами (Знамение Святой Богородицы, Святой Благоверный князь Александр Невский и Николай Чудотворец) считаются уникальными по своим размерам (около 40 м2), а также по своей художественной ценности, менее крупные мозаики (Спас Нерукотворный, Преподобный Сергий Радонежский и Святой князь Всеволод Псковский) расположенные в кокошниках над карнизами, также интересны. Их локальные цвета фона не производят впечатления закрашенности, позволяют увидеть глубину пространства, выявляют фигуры святых, благодаря неровной поверхности фрагментов смальты создают мерцающий эффект. Золотой цвет фона мозаик в византийском искусстве обозначал Божественный свет, в мозаиках Таллинского Собора эта византийская традиция переплетается с очень близкими к модерну изображению ликов святых. Позднее, в Петербурге, когда мастерская Фроловых выиграет конкурс на оформление мозаиками Спаса на Крови, эта связь будет проявляться в большей степени. Надо сказать, что в работе над мозаиками этого известного храма принимали участие только сыновья Александра Никитьевича: Александр и Владимир Фроловы.

Старший сын Александр был человеком талантливым во многих областях: умелым работником мастерской, предприимчивым дельцом, прекрасным оратором, владевшим даром убеждения. В 1888 году был послан в Италию обучаться мозаичному искусству в мастерскую Сальвиати. После поездки он подал записку в Академию художеств, где писал, что подошёл к изучению мозаичного дела не только с точки зрения художника, но и с точки зрения промышленника: досконально изучил все тонкости современного мозаичного искусства, оптимизировал, существенно удешевил процесс изготовления мозаичных панно (почти в 5 раз), уменьшил вес изготовляемых мозаик, что позволяло их быстрее транспортировать. К сожалению, мозаичная мастерская Академии художеств восприняла предложение об удешевлении создания мозаик негативно. Такие новшества не понравились смотрителю мозаик П.П. Чистякову. Разногласия с руководством Академической мозаичной мастерской и позволили Александру Фролову стать основателем частной Мозаичной мастерской Фроловых, про которую известно всем, интересующимся мозаиками. Надо только уточнить, что над мозаичными иконами Таллинского храма работала не его частная мастерская, а мастерская Академии художеств.

Печально, что Александр прожил недолго (ему было всего 36, когда он скончался от острого аппендицита), его младшему брату Владимиру не удалось закончить в срок обучение на живописном отделении Академии художеств, он это сделал позже - ему необходимо было продолжить дело, начатое отцом и братом. Мозаикам он посвятил всю свою жизнь.

Со временем ему удалось развить мозаичное искусство в России - мастерская стала хорошо известна. Многие архитекторы использовали мозаичный декор в своих проектах зданий. Таким образом, В. Фролов познакомился с известным архитектором Леонтием Бенуа. Его брак с его дочерью, Ниной Леонтьевной, стал объединением двух семейств, посвятивших себя искусству. В Советском Союзе искусство мозаики было достаточно востребовано, мастерская работала над плафонами московских станций метро, мозаичным декором стен зданий, интерьеров, даже мавзолея Ленина.

Умер Владимир Александрович в 1942 году в блокадном Ленинграде, завершив свои последние мозаики в одиночестве. Работники его мастерской были эвакуированы, кто-то умер, кто-то был без сил. Его трое детей, родившиеся до войны, не стали продолжателями династии мозаичистов, хотя их потомки в каждом поколении проявляют себя как люди творчески одаренные. Среди них есть и архитекторы, и живописцы, и дизайнеры. Некоторые стали заниматься изучением творчества выдающихся художников-мозаичистов, неоднократно издавали статьи и книги, посвященные удивительному и вечному мозаичному искусству.

Дизайнер Базуева Варвара,
правнучка В.А. Фролова
(специально для «МП»)

> В начало страницы <