"БАЛТИКА"

МЕЖДУНАРОДНЫЙ
ЖУРНАЛ РУССКИХ
ЛИТЕРАТОРОВ

№3 (2/2005)

ПОЭЗИЯ

 

САЙТ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ В ПРИБАЛТИКЕ
Союз писателей России – Эстонское отделение
Объединение русских литераторов Эстонии
Международная литературная премия им. Ф.М. Достоевского
Премия имени Игоря Северянина
Русская община Эстонии
СОВЕРШЕННО НЕСЕКРЕТНО
На главную страницу


SpyLOG
Велло Латтик — известный эстонский прозаик и драматург, член Союза писателей Эстонии и Союза писателей России. Живет и работает в гор. Вильянди, Эстония.

Далекий близкий Сахалин

...Когда я учился в Москве в Литературном институте им.М.Горького, после первого курса дали нам месячную творческую стипендию и бесплатный билет в любую точку в пределах границ тогдашнего Советского Союза.

С эстонской жадностью я избрал самое отдаленное место — остров Сахалин. Восемь часов полета и приземление в месте пребывания с тем, чтобы до самой смерти сердцем прикипеть к тому дальнему краю и к его милым обитателям. Моим неизменным провожатым, другом и даже более стала преподаватель единственного тамошнего вуза Лариса. С щедростью исконно русского человека она делилась со мной всем. Уже потом, когда я вновь приехал на остров, чтобы прожить на нем почти год и написать книгу о Сахалине в серии «Мир и Прочее», я избрал названием книги «Где же ты, Лариса?».

В моем последнем романе «Самосуд» действие на четыре пятых объема перенесено тоже в Россию. Многое мне не нравится в международной политике России, но неизменно греет душу мне образ русской женщины, олицетворением которой стала Лариса... Прошли годы, и мы уже не молоды, и стала взрослой Жанна, дочь Ларисы. Как похожи и как непохожи друг на друга мать и дочь, что-то неуловимое роднит творчество этих двух поэтесс с далекого острова Сахалина, столь разное, на первый взгляд...

Велло Латтик, писатель.

Жанна Дорофеева

101

 

Вечер рыдает на листьях тетради.
Сегодня вечером — вече свечей:
Там, в соседней комнате умирает
Мой друг, которого я никогда не замечала.
А свечи плачут, уже привыкли
Горе свое смаковать стеариновое.
Сто первый композитор садится к пианино
И с томным лицом выбивает кадриль.
Сто первый поэт в угаре мечется,
Всматриваясь в зеркало и видя там гения.
Слушает дождик. Смотрит на свечи,
А на бумаге — сто первый «вечер...».
Сто первый друг тянет жадные руки,
И никуда от него не уйдешь.
И все сто друзей просто так, от скуки,
Смотрят на свечи и слушают дождь.
Слезы и темень тянутся струями,
Мольба о прощении — всегда слишком поздно.
Сто первым словом разбита гармония
Между свечой и соседней комнатой.

Лариса Дорофеева

* * *

 

Землю нежно пеленает вьюга,
Обложили тучи окоем.
Господи, забытого мной друга
Помяни во Царствии Твоем!

Утром от двери пробиться трудно —
Метра на два снегу намело.
Все кругом бело и неподсудно,
В сердце все искристо и бело.

Полушалком вспыхнула округа,
Льется радость в солнечный проем.
Господи, забытого мной друга
Помяни во Царствии Твоем.

Забывала все я, забывала
И себя забыла, наконец.
Все прошло, что было и бывало.
Будь со мной, Небесный мой Отец!

Борозды от солнечного плуга
Проплывают на челе моем.
Господи!.. Забытого мной друга
Помяни во Царствии Своем.


> В начало страницы <