Сайт издательства TARBEINFO – РУССКИЙ ТЕЛЕГРАФ
Ежемесячная газета "Мир Православия" №3 2006
> в документ <  вернуться  > в меню <

Войдем в себя!

(Беседаоб исповеди и причащении св. Христовых Таин)

«И свет во тьме светит, и тьма его не объят» (Иоанн. 1,5)

Наступили дни святого и Великого Поста, дни говения, исповеди и причащения св. Христовых Таин. В эти дни ближе становится к нам спасение: душа сбрасывает с себя обычные житейские условности, заученные формы светских отношений, приходит в свое естественное состояние, становится непосредственно пред Господом, чувствует себя легкой и свободной, хотя и недостойной, и убогой. Она готовится омыться, очиститься, освятиться и укрепиться исповедью и причащением св. Христовых Таин. Она входит внутрь себя и себя рассматривает. И что она при этом видит внутри себя самой? Она видит, как в ней борются две жизни — добрая и злая. Но видеть это в себе — это еще не значит жить по-христиански. Истинная христианская жизнь начинается в нас только тогда, когда мы сознательно становимся на сторону доброй жизни, когда видим свою духовную бедность, болезненно ощущаем свою греховную нечистоту, осуждаем себя самих и обращаемся к Богу с молитвою о помощи и спасении.

Всматриваясь внимательно в себя самих, мы видим в себе целую сеть мелких и крупных грехов, внутренней нечистоты, суетности помыслов и желаний. Горе нам, если все это нас не беспокоит. Это значит, что духовная жизнь в нас еще не начиналась. Нужно выйти из этого безразличия, искренне и с сердечной болью почувствовать свое недостоинство. И чем глубже и горячее почувствует человек свое недостоинство, тем ближе к нему спасение. В этом чувстве покаянного самоосуждения и заключается начало правильного подхода к исповеди.

Идя на исповедь, принесите Богу прежде всего сердце сокрушенное и смиренное, сердце ап. Петра и прп. Марии Египетской. Это — первое и самое необходимое, что должен иметь в себе каждый исповедник. Бойтесь идти на исповедь равнодушно, идти только для того, чтобы соблюсти обычай; идите для того, чтобы получить новое сердце, омыть греховную нечистоту. Плачьте над собою, «как Марфа и Мария над Лазарем» (канон Андрея Критского). Эти слезы согреют, оживотворят и умиротворят вас. Не задавайте себе лукавых вопросов: «Да зачем это мне нужно говорить свои грехи священнику? Да не такой же ли он грешный человек, как и мы? Разве Бог и без моих слов не знает моих грехов? Разве Он не может простить меня без исповеди?» Знайте, что не Богу нужна ваша исповедь, а вам самим. Ваша чистосердечная исповедь перед священником покажет прежде всего вашу искреннюю готовность осудить себя за свои грехи. Открытое исповедание грехов перед священником смиряет нашу гордость, которая не любит видеть свидетелей наших недостатков и грехов, часто постыдных. Эта гордость и внушает нам мысль о достаточности одного внутреннего исповедания греха перед Богом, ибо гордому человеку легче сознаться в своем грехе перед невидимым Богом, нежели перед подобным ему грешным человеком. Эту-то гордость и надо преодолеть, чтобы исцелиться от греха. Исповеданный грех становится уже вне нашей души, выходит из нее, перестает мучить ее, как вынутая из тела заноза перестает причинять страдание телу.

Священнику дана власть именем Божиим разрешать грехи. «Елика аще свяжете на земли, будут связана на небеси; и елика аще разрешите на земли, будут разрешена на небесех» (Мф. XVIII, 18). Как же он разрешит кающегося, не слыша исповеди его? И сам кающийся как может иметь уверенность в прощении грехов своих, если у него не будет видимого знака прощения в разрешительной молитве священника? И как священник допустит верующего к причащению св. Таин Христовых, если он не был свидетелем его покаяния, его веры? И как священник даст кающемуся должное наставление и руководство, если он не знает состояния души его? Исповедь — великая тайна, и она приводит ко спасению лишь при обоюдном духовном горении и исповедующего, и исповедника. Правда, искренний исповедник не несет ущерба от недостоинства исповедующего, но горе тому, кто соблазнит единого от малых сих (Мф. XVIII, 7).

Мы обыкновенно живем в такой суете, что нам трудно бывает войти в себя и сосредоточить свое внимание на своем внутреннем душевном состоянии и дать себе в нем ясный отчет. Чтобы облегчить нам этот труд, Церковь установила перед исповедью дни говения, когда мы на некоторое время отвлекаемся от своего обычного образа жизни, постимся, ежедневно посещаем церковные службы, читаем духовные книги. Таким образом мы входим в новый мир, чуждый нашей светской суетности, мир тихой, покаянной молитвы и внутренней самоуглубленности. Мы ближе становимся к Богу, и в нашем сознании яснее выступает наша внутренняя жизнь, отчетливее становятся наши немощи, наши грехи. Иногда совесть наша сразу указывает нам наши греховные язвы. Но иногда совесть молчит. Душа остается холодной, неподвижной, в состоянии какого-то тупого безразличия. Исповедник ощущает в себе внутреннюю пустоту, не знает, что сказать, и на вопросы духовника дает формальные ответы: «Особенно ничем не грешен. Грешен, как и все, делом, словом и помышлением». С таким душевным состоянием мучительно исповедываться. Его надо преодолеть. Надо разогреть свое сердце усердною молитвою и самоосуждением. Не нужно искать в себе каких-то «особенных» грехов, но и во всякой нечистоте своего сердца нужно видеть свою виновность и неправду пред Богом. Тяжесть наших грехов определяется чуткостью нашей совести. Можно и о малом проступке горько плакать, можно и о нарушении важной заповеди говорить с легкомысленной улыбкой.

Иногда исповеди мешает ложный стыд, язык не поворачивается признаться в грехе постыдном, позорящем. Это малодушие надо преодолевать сознанием, что исповедь приносится не человеку, а Богу. Вспомни, пред Кем стоишь, и малодушие исчезнет. Преодолевший ложный стыд на исповеди сторицею вознаградится последующим умиротворением сердца. Иные от волнения и смущения, и также из боязни обременить духовника о многом забывают или не решаются говорить на исповеди. Такая исповедь не может дать полного удовлетворения. Надо помнить, что исповедь — единственный случай в году, когда можно до глубины, до конца открыть свою душу. Смущающимся и волнующимся полезно записывать свои грехи и исповедываться по записи.

* * *

Но вот исповедь кончена. Все нечистое выметено из души. На душе легко, отрадно. В ней чувствуется присутствие благодати Божией. Что же дальше? Исповедь есть только половина дела. Недостаточно только очистить душу от греха. Надо воспринять в себя Божественную жизнь в Таинстве св. Причащения Тела и Крови Христовых. «Якоже розга не может плода сотворити о себе, аще не будет на лозе, тако и вы, аще во Мне не пребудете. Аз есмь лоза, вы же рождение: иже будет во Мне, и Аз в нем, той сотворит плод мног, яко без Мене не можете творити ничесоже». (Иоан. XV. 4-6). Без Бога — мы ничто. Бог же, пребывающий и действующий в нас, — Он освящает нас и творит через нас все доброе. В Таинстве Причащения мы действительно жизненно и действенно соединяемся с Господом и воспринимаем от Него жизнь и силу, если только достойно приступаем к Телу и Крови Христовым. «Аще не снесте Плоти Сына Человеческаго, ни пиете Крови Его, живота не имате в себе». (Иоан. VI. 53). Хорошо быть под защитою Сильного, могущего оградить нас от всякой обиды; хорошо быть с Существом Добрым, согревающим нас своею любовью; хорошо быть с Существом Мудрым, просвещающим нашу мысль и сообщающим ей здравые понятия; хорошо быть с Существом Крепким, укрепляющим нашу волю на все доброе. Все это мы и получаем в Таинстве св. Причащения, становясь едино с Господом нашим Иисусом Христом. Как же нам не любить этого Таинства и не дорожить им! Первые христиане так сильно желали этого тесного постоянного общения со своим Господом, что причащались каждое воскресенье.

* * *

После причастия св. Таин обыкновенно чувствуют себя некоторое время, несколько дней, а иногда и несколько недель — новыми людьми, как бы не доступными для проникновения в душу их прежних грехов. Душа как бы закрыта для грехов. В ней чисто и уютно. И эта чистота, мир и уютность невыразимо отрадны. Но потом мало-помалу на душу снова начинает оседать греховная пыль.

Утрачивается первоначальная чуткость к греховным прикосновениям. Грех не только вьется около души, но и проникает в нее, постепенно все более грязнит ее и, при невнимательности, поселяется в душе как полноправный хозяин. И так, что же? Неужели исповедь и причащение св. Таин были бесполезны? Или, может быть, приступая к ним, мы только оскорбляли Бога, не сохранив плодов Исповеди и Причастия? Никто не должен так думать. Духовная жизнь есть непрерывная борьба с грехом. Никогда не бывает так, чтобы, одержав однажды победу над грехом, человек уже навсегда становился для него недоступен. Такая окончательная победа над грехом достигается только в будущей жизни, но не здесь, на земле. В Исповеди и Причастии мы получаем могущественную Божественную помощь в борьбе с грехом. Без Исповеди и св. Причастия мы совсем бы изнемогли в этой борьбе, были бы порабощены грехом. И хотя грех и после принятия нами Причастия, вследствие нашей небрежности, овладевает нами, однако и мы снова его преодолеваем и изгоняем из себя силою укрепляющего нас Христа. Не буднь Исповеди и причастия, мы потеряли бы чуткость ко греху; мы стали бы безразлично относиться в себе к тому, что на самом деле заслуживает осуждения. Исповедь и причащение св. Таин увеличивают остроту нашей совести, и благодаря этому мы можем не опускаться, но расти духовно. Вот почему никогда не следует унывать оттого, что и после Исповеди и принятия св. Таин мы снова одолеваемся грехом. Будем неутомимо продолжать свою борьбу с ним, пока, наконец, при помощи Божией, не воссияет в душах наших, насколько это дано нам вместить, полный Свет Христов. Аминь.

Издание Братства
имени преподобного
Сергия Радонежского
при Православном Богословском
институте в Париже


> в документ <  вернуться  > в меню <