ЕЖЕМЕСЯЧНАЯ
ГАЗЕТА "МИР
ПРАВОСЛАВИЯ"

№ 3 (96)
март 2006


САЙТ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ В ПРИБАЛТИКЕ
Союз писателей России – Эстонское отделение
Объединение русских литераторов Эстонии
Международная литературная премия им. Ф.М. Достоевского
Премия имени Игоря Северянина
Русская община Эстонии
СОВЕРШЕННО НЕСЕКРЕТНО
На главную страницу
 



«От избытка сердца»

Легко узнаваемое (в сравнении со светскими певческими традициями) церковное пение служит особенному делу. Особенное действие этого пения, как выражаются теперешние знатоки церковной культуры, должно состояться в том, что оно УМИЛЯЕТ и ВОСТОРГАЕТ душу верующего церковного человека. Слово «умиление» при этом надо иметь в виду в его церковном значении: как происходящее от слов МИЛОСЕРДИЕ, МИЛОСТЬ... Слово «восторжение» — как означающее «срывать, вырывать» (Псалом 51, стих 1; Евангелие от Луки, глава 6, стих 1) человеческое сердце из плена суетных забот, также — «собирать, выбирать нужное» (например, Евангелие от Матфея, глава 13, стих 29)...

Церковное пение действует не только своими словами, но своими особенными церковными напевами.

Имея в виду разнообразие необходимых духовных переживаний, церковные песни исполняются самыми разнообразными напевами. Среди этих напевов, однако, выделяют главные: главные в том смысле, что все остальные близки к этим главным. Этих главных всего восемь; эти восемь напевов имеют специальное название — «гласы», восемь церковных гласов. В каждом гласе звучит что-то свое, изливается особенное настроение души, которое трудно выразить словами. Если иметь в виду, что служение священников посвящается выражению всего, что присуще Церкви (часто трудно выразимое), то для духовенства священное пение должно быть одним из самых важных умений.

Восемь церковных гласов выражают разнообразие духовных настроений. Однако легко заметить, что одни гласы более радостны, другие более грустны; одни мужественны, другие нежны. Так, первый глас дышит какой-то особой бодростью, довольством, радостью, почему этим гласом поются каноны самых радостных праздников — Пасхи, Рождества Христова, Успения.

(«Каноны», о которых идет речь, — это часть богослужения, называемого «Утреня», составляющая во время, например, воскресного (или вообще праздничного) богослужения, совершаемого вечером накануне самого дня праздника, примерно одну четвертую или одну третью часть. Настроение канона, как замечают знатоки теперешних церковных традиций, во многом бывает типичным для настроя всего того или иного богослужения. Канон воскресной Утрени легко узнать, потому что во время этого Канона обыкновенно совершается помазание верующих освященным маслом...)

Из более скорбных, заунывных по настроению, называют шестой глас. Он часто употребляется в великопостных и заупокойных службах.

Особенной нежностью и задушевностью отличаются пятый и седьмой гласы.

Каждый из церковных гласов, однако, имеет в свою очередь несколько напевов. Разница между этими напевами «внутри гласов» уж не так велика, как между самими гласами. Каждый из напевов того или иного гласа обозначают первыми словами известнейших церковных песнопений, исполняющихся на такой напев. Например, один из напевов первого гласа называют «Камени запечатану», еще один — «Твоя победительная десница».

Каждый из гласов, кроме того, предлагает свой «гласный» напев для различных частей богослужения — свой напев для канона, свой напев для так называемых «тропарей», свой напев для «стихир», для «кондаков», для «прокимнов» и так далее.

Но мало того: каждый глас может и еще дальше (далее разнообразия «кондачных», «канонных», «стихирных» и тому подобных вариаций) изменять свой основной напев. Напев того или иного гласа может даже мало походить на его «основную» форму. Церковные песнопения, например, «Твоя победительная десница», «Христос рождается» и «Воскресения день» — все одинаково первого гласа, но какая очевидная разница в их напевах! Такой особенный (особенный относительно обыкновенных «тропарных», «стихирных» и т.д. разновидностей того или иного гласа) напев гласа называется «самогласным», а песнопения, исполняемые таким самогласным напевом, называются «подобными».

Церковные гимны, являющиеся «подобными», в богослужебных книгах обозначаются особыми надписями над самими текстами таких гимнов. Эти надписи называют тот или иной известный церковным людям гимн, на мелодию которого необходимо исполнить данный «подобен». (Когда, например, над песнопением сделана надпись «подобен: «Благообразный Иосиф»», это значит, что исполняемый священный текст поется подобно известному тропарю «Благообразный Иосиф» — а этот тропарь есть самогласное песнопение второго гласа.)

Сама по себе традиция таких надписаний, делаемых в богослужебных книгах, свидетельствует не только о немалом разнообразии музыкальных средств, употребляемых для выражения благочестивого «избытка сердца» верующего человека, но и о том, что такое разнообразие богослужебных мелодий является плодом своего рода проверки и систематизации всего напевного опыта со стороны церковного благочестия (в самом высоком смысле этого понятия).

При немалом, таким образом, множестве церковных напевов, происходящих, однако, из восьми основных церковных гласов, весьма важным оказывается то, какие именно гласы употребляются и господствуют в той или иной конкретной церковной службе. От этого зависит, какова будет вся служба — грустная или радостная, нежная или торжественная. Если, например, в службе будет преобладать шестой глас, то она, конечно, будет грустная. В службах страстной седмицы, например, чаще всего употребляется именно этот глас и родственный ему второй, поэтому эти службы такие грустные. В пасхальной и рождественской службах, наоборот, преобладает первый глас, да еще и более радостный, чем его основной напев.

Составил протоиерей Леонтий Морозкин

(По отрывку из цикла «Христианские праздники» известнейшего современного (годы жизни 1871-1931) знатока церковной культуры профессора Киевской духовной академии М.Н.Скабаллановича)

> В начало страницы <

>