ЕЖЕМЕСЯЧНАЯ
ГАЗЕТА "МИР
ПРАВОСЛАВИЯ"
№10 (79)
октябрь 2004


САЙТ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ В ПРИБАЛТИКЕ
Союз писателей России – Эстонское отделение
Объединение русских литераторов Эстонии
Международная литературная премия им. Ф.М. Достоевского
Премия имени Игоря Северянина
Русская община Эстонии
СОВЕРШЕННО НЕСЕКРЕТНО
На главную страницу
 



Протоиерей Михаил Андреевич Дмитрев

Протоиерей Михаил Андреевич Дмитрев принадлежал к сельскому духовенству. Его жизнь — пример того, как трудились и жили одной жизнью с народом очень многие пастыри. Протоиерей Михаил — один из многих священнослужителей, чья жизнь прошла вместе с народом.

Отец Михаил происходил из священнического рода. Предки его совершали свое служение на Рязанской земле. Отец, протоиерей Андрей Феодорович Дмитрев, служил в селе Маковеево, что расположено недалеко от Касимова. Мама отца Михаила, Капитолина Евдокимовна, была дочерью маковеевского протоиерея Евдокима Орлова. В этом селе было два храма: Покрова Пресвятой Богородицы и Всемилостивого Спаса. В престольный день Спасского храма празднуется также память семи мучеников Маккавеев, почему село получило название «Маковеево». Здесь и родился Михаил Андреевич Дмитрев 15 июня (ст.ст.) 1873 года.

У отца Михаила были брат и сестра: протоиерей Феодор и Клавдия, которая вышла замуж в свое время за протоиерея Анатолия Авдеевича Правдолюбова.

Протоиерей Михаил получил обычное для детей священников образование — он учился в церковно-приходской школе, Касимовском Духовном училище и Рязанской Духовной семинарии. Семинарию он окончил в 1895 году по второму разряду. Затем в течение двух лет отец Михаил был учителем церковно-приходской школы в селе Самылове. В 1897 году женился на Елисавете Ивановне Гориной, дочери протоиерея Иоанна Горина, священника из села Синульцы. Венчал Михаила Андреевича и Елисавету Ивановну протоиерей Андрей Дмитрев в Покровском храме села Маковеево 30 июня (ст.ст.) 1897 года. Как и его отец, Михаил Андреевич брал себе в жены невесту «с приходом», что было в то время обычной традицией. После кончины отца невесты жених ее должен был наследовать и приход ее отца. Как протоиерей Андрей Феодорович стал служить на месте умершего отца Капитолины Евдокимовны, протоиерея Евдокима Орлова, так и протоиерей Михаил был назначен на приход скончавшегося протоиерея Иоанна Горина. Рукоположил его епископ Рязанский и Зарайский Мелетий 10 июля (ст.ст.) 1897 года и назначил в Преображенский храм села Синульцы Касимовского уезда.

На этом приходе отец Михаил прослужил более восьми лет. Здесь у отца Михаила и Елисаветы Ивановны родились четверо детей: Владимир (1898), Лидия (1901), Нина (1903) и Димитрий (1904). Но когда в 1905 году скончался протоиерей Андрей Дмитрев, мама отца Михаила просила своего сына перейти на отцовский приход, после чего отца Михаила по его прошению переместили в село Маковеево — на место отца. В Маковееве у него родились еще трое детей: Александра (1906), Евгения (1909) и Ольга (1913). Младшая дочь, Ольга, стала впоследствии женой священника — протоиерея Анатолия Сергиевича Правдолюбова, внука протоиерея Анатолия Авдеевича Правдолюбова.

В марте 1913 года отца Михаила перевели на другой приход — в Троицкий храм села Селище Касимовского уезда. Это был самый бедный приход Рязанской епархии. В него входило несколько деревень, дома которых стояли под соломенными крышами, люди в них жили еще с лучинами. Храм был деревянным и очень маленьким. Перевели сюда отца Михаила как молодого и энергичного священника, способного поднять и возродить приход. До него здесь служил протоиерей Леонид Правдолюбов — брат протоиерея Анатолия Авдеевича Правдолюбова. Он построил в Селищах большой деревянный дом, начал строительство нового кирпичного храма. Но отец Леонид понимал, что не справляется со строительством нового храма, и поэтому просил перевести его на другой приход. Тогда поменяли местами отца Михаила и отца Леонида. Поменялись они и домами — у отца Михаила в Маккавееве был также построен хороший большой дом.

В Селищах отец Михаил начал свою деятельность прежде всего с завершения строительства храма. Он строился большим, просторным и светлым. Начали его строить так, что прежний маленький деревянный храм находился внутри строящегося храма. Постепенно вокруг него возводились кирпичные стены, а служба в прежнем храме продолжалась до самого последнего момента, пока не был завершен новый храм.

Средств не хватало, а отец Михаил решил строить рядом с храмом еще и церковно-приходскую школу, чтобы обучать детей грамоте и Закону Божию. Стали собирать пожертвования, а протоиерей Анатолий Авдеевич Правдолюбов очень помог тем, что, как наблюдатель церковно-приходских школ, запросил средств на строительство нового здания школы в селе Селище, которые и были выделены. Так уже к октябрю 1913 года в Селищах было завершено строительство нового храма и церковно-приходской школы. В проекте была и колокольня, но Первая мировая война помешала ее строительству. У храма осталась прежняя деревянная звонница.

О завершении строительства храма отец Михаил сообщил всем окрестным приходам — в касимовской типографии было отпечатано объявление: «Строительный комитет по постройке нового каменного храма в селе Селище, Касимовского уезда, сим доводит до общего сведения, что в воскресенье, 27 сего октября, после поздней Литургии, будет совершено поднятие Святого Креста на новоустроенный храм». Действительно, это было великое торжество — поднятие Креста на построенный храм!

Главный престол селищенского храма был освящен в честь Святой Троицы, а второй — в честь Покрова Пресвятой Богородицы. Иконостас был искусно вырезан из светлого дерева, а иконы написаны очень талантливым художником академиком Волковым в стиле своего времени — начала двадцатого века. И все это было устроено отцом Михаилом немногим более чем за полгода.

Со свойственной ему энергией отец Михаил поднимал свой приход. Все свои дела крестьяне начинали с благословения Церкви — отец Михаил приучал их к этому. Благословлялись самые обычные работы: начинали сеять хлеб — в церкви совершался молебен. Крестьяне приносили маленькие мешочки с зерном, которые отец Михаил окроплял святой водой. Когда весной крестьяне выгоняли в первый раз свой скот, среди села совершался молебен с водоосвящением, после чего мимо священника прогоняли скотину — и он каждую корову или овцу кропил святой водой. В праздник Флора и Лавра в храме после Литургии служился молебен, отец Михаил выходил на паперть с кропилом, а мимо него в праздничных разноцветных рубашках, подпоясанные ремешками, гарцевали деревенские мальчишки на своих лошадях. После окропления святой водой они, радостные, мчались в поле.

Отец Михаил и сам занимался обычным крестьянским трудом. В хозяйстве у него было две лошади и две коровы. На одной лошади отец Михаил обрабатывал землю — сеял хлеб и убирал его, а на другой выезжал в город и в окрестные деревни. Дочь его, Ольга, вспоминала: «Трудился отец Михаил не покладая рук: сам пахал, сеял, жал, молотил, сам хлеб пек. Сено на зиму запасал. Сколько забот у деревенского жителя! В поле он был первым, никто утром раньше него в Селищах не вставал. С раннего утра, еще до службы, отец Михаил успевал поработать на своем поле. Работал он радостно. Очень любил применять в своем хозяйстве всяческие технические новинки: молотилка, веялка какая-то интересная у него была, соломорезка. Выписывал их где-то, доставал, осваивал, сам на них и работал, а крестьяне приходили к нему и перенимали его опыт».

Дом отца Михаила стоял рядом с храмом. Он был просторным, с большими окнами и потолком высотой в три метра. За домом располагался сад, в котором был размещен большой пчельник. Отец Михаил знал, как разводить пчел и ухаживать за ними. В саду он посадил липовую аллею, и пчелы собирали мед как с этих лип, так и с окрестных полей гречихи. Сад отца Михаила всегда был ухоженным, с прямыми дорожками, со множеством цветов и плодовых деревьев. В дальнем его углу росли высокие стройные лиственницы, а за ними протекала чистая холодная речка, по берегам которой били родники. Село Селище располагалось за речкой. Таким образом, храм и дом священника стояли вдали от села, а вокруг них был простор — зеленые поля, деревья, вдоль речки — кусты, а вдалеке, за полями, возвышался густой темный лес, в который жители села и дети отца Михаила ходили за грибами.

В летнее время нередки были пожары, в которых сгорали целые улицы. Отец Михаил организовал из молодых людей пожарную команду, выстроил каланчу и установил постоянные дежурства. В хозяйстве у него всегда стояла повозка с бочкой, наполненной водой. Если случался где-то пожар, отец Михаил немедленно запрягал лошадь в эту повозку и ехал тушить пожар; и умел он так расставить людей и организовать тушение, что пожар постепенно прекращался. Крестьяне говорили: «Ну, если батюшка приехал тушить, то пожар быстро потухнет». А в зимние метели, когда заносило все дороги в окрестных полях, отец Михаил сам выходил к церкви, поднимался на звонницу, где висел большой колокол весом в полторы тонны, и начинал звонить. Звонил он подолгу, потому что знал, что кто-то, возможно, сейчас сбился с пути и не знает, куда ему ехать. И действительно, однажды в Касимове подошел к отцу Михаилу совершенно незнакомый мужчина и стал благодарить его за благовест. Только благодаря звону селищенского колокола этот крестьянин выехал на нужную ему дорогу, а иначе мог бы погибнуть в занесенном снегом поле.

Но не только на земле трудился отец Михаил. Он учил детей в своей церковно-приходской школе, был заведующим и законоучителем в соседнем Земском училище, состоял помощником миссионера Касимовской противомагометанской миссии, постоянно проводил диспуты с сектантами, в основном, баптистами, которых в округе было немало. Можно только удивляться, как он все успевал. Днем он мог заниматься многочисленными трудами, а ночью со свечой изучать Евангелие. Сохранился Новый Завет отца Михаила, весь испещренный карандашами разных цветов. Каждый цвет соответствовал определенной теме, а в записных его тетрадях можно найти целые блоки цитат, необходимые для борьбы с сектантами. С этой же целью, борьбы с сектантами, отец Михаил посещал многочисленные окрестные деревни и села, не только ближайшие, но и отдаленные, отстоящие от Селищ нередко за сто и более километров.

Еще одна сторона деятельности отца Михаила, которая вызывает не меньшее удивление — он умел оказывать врачебную помощь, лечить людей. Крестьяне ему доверяли и постоянно обращались за помощью. Отец Михаил никогда никому не отказывал — приходил в любое время суток и оказывал медицинскую помощь. Если он понимал, что в каких-то случаях помочь не в состоянии, тогда запрягал свою лошадь и вез больного человека в Касимов к врачам. Так он спас от верной смерти немало жителей своего села.

В храме отец Михаил организовал общее пение. В этом ему помогали его дочери. Они учились музыке и любили петь, а в доме отца Михаила стояли рояль и фисгармония — старинный музыкальный инструмент, очень распространенный в то время. Александра обладала прекрасным сопрано, а у Ольги был альт. Они проводили с народом спевки, разучивая церковные песнопения. Люди постепенно привыкли к общему пению в храме и пели за богослужением с большой радостью.

Семья отца Михаила была очень дружна с касимовскими Правдолюбовыми — с семьями протоиерея Анатолия Авдеевича и протоиерея Сергия Анатольевича. Селище было расположено от Касимова недалеко — километрах в восьми-девяти, и Правдолюбовы очень часто приходили к отцу Михаилу в гости. Им нравилось Селище: простор и красота природы, семейный уклад селищенского дома, храм и богослужения, совершаемые отцом Михаилом. По нескольку дней оставались они в Селищах, здесь и познакомилась младшая дочь отца Михаила, Ольга, со своим будущим мужем — Анатолием Правдолюбовым.

Крестьяне от всей души полюбили отца Михаила и называли его не иначе как «отец Михаил Селищенский». За эти годы село окрепло и поднялось — почти в каждом доме было по две лошади и по две коровы. А в Селищах в то время было дворов 140-150. Всего несколько домов оставалось без скотины, но это были дома либо тяжело больного человека, либо одинокой вдовы. Но люди всем селом помогали этим хозяйствам. Да и сам отец Михаил тайно помогал этим людям: уходил рано утром на участок какой-нибудь бедной вдовы и обрабатывал его, делая это так, чтобы никто его не видел.

В 1919 году, 15 апреля (ст.ст.), Указом Святейшего Патриарха Тихона отец Михаил «за усердную службу» был награжден наперсным крестом, а 21 января (ст.ст.) 1924 года возведен в сан протоиерея. В мае 1937 года протоиерей Михаил был награжден митрой.

В 1930 году отца Михаила несколько раз вызывали в НКВД и подолгу держали там на допросах. Прежде всего заставляли принять обновленчество и обновленческого архиерея. Отец Михаил остался непреклонным и обновленцев не принял. Но в один из соседних приходов обновленческий архиерей все же приехал. Народ его даже близко к храму не подпустил, а настоятеля того храма власти обвинили в том, что он убедил народ не принимать обновленческого архиерея. Священника арестовали и в тюрьме так пытали, что он вскоре умер.

В том же году в доме отца Михаила стали проводить обыски. Приходили, как правило, ночью, собирали всех в одной комнате и переворачивали все в доме. Искали повода, по которому можно было бы отца Михаила арестовать и отправить в тюрьму. Но ничего не нашли. Тогда конфисковали имущество: вывезли почти все, даже музыкальные инструменты — рояль и фисгармонию. Наконец, нашли причину для ареста — неуплата налогов. Отца Михаила арестовали. Вскоре назначили суд, но власти не ожидали, что на этот суд соберется множество народа. Пришли селищенские жители и заполнили здание суда. Они окружили отца Михаила и не отходили от него, пока шло судебное заседание. Доказать вину отца Михаила не удалось, и люди надеялись, что его освободят. Но когда судьи вышли после своего совещания и объявили приговор — три года тюрьмы и пять лет ссылки, произошло народное возмущение. Все повскакали с мест и стали кричать: «Не отдадим батюшку! Мы не выпустим его отсюда!» Сыпались откуда-то разбитые стекла, трещали сломанные скамейки. Когда попытались вывести отца Михаила из зала суда, разбили стеклянные двери, окружили его и никого к нему не подпускали. Многие кричали: «Где судья?» А главный судья в это время, напуганный гневом множества народа, прятался во дворе здания суда за поленицей дров. Но вскоре в зале появился какой-то важный деятель НКВД и сказал отцу Михаилу: «Усмирите народ!» И только стоило отцу Михаилу обратиться к народу, как воцарилась полная тишина. Он попросил людей успокоиться и предоставить все воле Божией. Только тогда смогли вывести отца Михаила из здания суда и снова отправить в тюрьму.

Но люди не успокоились. Целая группа жителей села отправилась в Москву и добилась освобождения отца Михаила. Власти, видимо, опасались народных волнений, поэтому отменили приговор касимовского суда. Отец Михаил вернулся в Селище и продолжал служить.

Все эти события так подействовали на матушку отца Михаила, Елисавету Ивановну, что она тяжело заболела и 18 сентября 1936 года скончалась. Отец Михаил похоронил ее около храма — с правой стороны алтаря. С этого дня в течение целого года он ежедневно служил Литургию, а после нее панихиду на могиле своей покойной жены. Когда исполнился год со дня смерти Елисаветы Ивановны, отец Михаил сказал, придя домой после панихиды: «Теперь я за нее спокоен». И в эту же ночь за отцом Михаилом снова пришли.

Вот как рассказывала Ольга, дочь отца Михаила, об этом втором его аресте: «Среди ночи, часа в два, загрохотала дверь нашего дома. Отец Михаил сказал: «Девочки! Пришли!» Моментально все поднялись, зажгли лампу, открыли дверь. Вошли четверо и показали ордер на арест. Собрали всех в одной комнате и не велели выходить. Потом пошли по комнатам, поднимая все вверх дном. Отцу Михаилу сказали: «Собирайся, пойдешь с нами!». Разрешили проститься, и отец Михаил собрал всех нас в своем кабинете. «Давайте помолимся», — сказал он. Помолились. Отец Михаил всех благословил и с любовью утешал. «Поручаю вас святителю Николаю, — обратился он к нам, — он всю жизнь был моим покровителем и помощником, и вас он не оставит». И увели отца Михаила, а дверь приперли снаружи, чтобы никто не вышел из дома. Далеко за селом стояла машина. Отца Михаила снова отвезли в касимовскую тюрьму».

Но недолго он содержался в этой тюрьме, уже в октябре отца Михаила отправили в Рязань. За это время дочери отца Михаила могли видеть иногда своего отца через решетку камеры, а иногда, когда они подходили к тюрьме, видели только его благословляющую руку.

1937 год.

В Рязани отец Михаил томился в заключении еще два месяца. Каждую ночь из рязанской тюрьмы угоняли этапы: лаяли собаки, кричали милиционеры. В одну ночь исполнялось до шестисот приговоров. В Михайлов день, 21 ноября 1937 года, тройкой НКВД отца Михаила приговорили к расстрелу, а в ночь с 1 на 2 декабря (нов.ст.) того же года, в день памяти иконы Божией Матери «В скорбех и печалех Утешение», приговор был приведен в исполнение. Похоронен отец Михаил на братском кладбище при Скорбященской церкви, где хоронили в то время всех расстреливаемых в Рязани.

Определением Архиерейского Юбилейного Собора Русской Православной Церкви от 13 — 16 августа 2000 года протоиерей Михаил Дмитрев причислен к лику святых как священномученик. Память его совершается в день его мученической кончины, 19 ноября/2 декабря, а также вместе с Собором всех новых мучеников и исповедников Российских 25 января/7 февраля (если этот день совпадает с воскресным днем, а если не совпадает, то в ближайшее воскресенье после 25 января/7 февраля). Память священномученика Михаила совершается также вместе с Собором Рязанских святых 10/23 июня и Собором Касимовских святых — в четверг Фоминой недели.

Протоиерей Михаил Анатольевич
Правдолюбов.
Москва, июль 2004 года.

Тропарь и кондак священномученику Михаилу

Тропарь, глас 1-й.
Слова Божия проповедниче, Православия защитниче, немощей душевных и телесных врачу, пастырю добрый, верность Христу сохранивый, священномучениче отче наш Михаиле, моли Христа Бога, да спасет ны, яко Человеколюбец.

Кондак, глас 6-й.
Подвигом пастырским подвизаяся, возлюбил еси Христа даже до смерти, тем же удостоен был еси от Него венца, священномучениче Михаиле, приими моление наше и сотвори молитву о всех нас, творящих любовию память твою.

> В начало страницы <

 
>