ЕЖЕМЕСЯЧНАЯ
ГАЗЕТА "МИР
ПРАВОСЛАВИЯ"
№7 (40)
июль 2001


САЙТ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ В ПРИБАЛТИКЕ
Союз писателей России – Эстонское отделение
Объединение русских литераторов Эстонии
Международная литературная премия им. Ф.М. Достоевского
Премия имени Игоря Северянина
Русская община Эстонии
СОВЕРШЕННО НЕСЕКРЕТНО
На главную страницу
 



У ИСТОКОВ ЦЕРКОВНОГО ПЕНИЯ

Осмогласие

Говоря о церковной музыке и рассматривая ее с точки зрения общемузыкальных законов, неизбежно приходишь к выводу о том, что церковное пение – искусство отнюдь не самостоятельное. Любое церковное песнопение, будь то Херувимская, тропарь, стихира, даже ектения «Господи, помилуй» – зависит от самой идеи богослужения; мало того, оно обусловлено смыслом конкретного священнодействия – того, что именно в этот момент происходит в алтаре. Напрямую связано и зависимо богослужебное песнопение и от распеваемого священного текста. Итак, церковная музыка, образно говоря, - лишь золотой оклад на иконе, но отнюдь не сам Божественный Лик. Эта вторичность музыки по отношению к слову в церковных песнопениях заставляет обратить внимание на богослужебные тексты и их творцов. Кому же принадлежат те слова, которые Церковь поет на своих службах на протяжении стольких веков? Это, прежде всего, слова Самого Спасителя («Отче наш», «Во Царствии Твоем»), слова Божией Матери («Величит душа Моя Господа») и ангелов («Слава в вышних Богу»), это слова ветхозаветных пророков, новозаветных святых – святителей, мучеников и преподобных. Какова же должна быть музыка, обрамляющая этот драгоценный Божественный и богодуховенный текст с его обилием библейских и евангельских мыслей, образов, сюжетов, с их богословским толкованием, сопоставлением и анализом? Очевидно, что эта музыка не должна быть ярко-эмоциональной, изобилующей мелодическими и звуковыми эффектами, поскольку все это мешает тексту быстро и прямо достигать сознания молящихся, мешает в той же мере, что и плохая дикция, неблагозвучные голоса певцов и их неряшливое пение. «Церковность» и «молитвенность» песнопений и их исполнения с одной стороны – и «театральность», «манерность», аффектированность – с другой. Эти оценки и категории действуют со времен Св. Отцов и до наших дней. Какой напев (лад, мелодия) приличен и пригоден для распевания молитвенного текста?

Именно в этой связи осмогласие – это древнейшее (с VIII века) явление в нашем богослужебном пении, - не только выдержало проверку временем и различными поворотами церковной истории, но и доныне остается наиболее совершенным и приспособленным музыкальным «облачением» священных текстов Божественной службы. Потому интересны причины, условия и подробности его возникновения.

Церковно-певческое искусство издревле стремилось отмежеваться от пения светского путем ограничения видов и ладов (строев) употреблявшейся в храме музыки. Процесс этого отбора был постоянно затрудняем еще и тем, что, принимая в свое лоно новых христиан из среды разных народов, Церковь придерживалась апостольского завета относительно свободы пения – новообращенные пели так, как они привыкли (например, в местностях с преобладающим греческим населением сохранялись в церковном пении музыкальные традиции древних эллинов). Однако, мало-помалу пение в так называемом диатоническом строе (когда звуки следуют друг за другом на расстоянии тона) было признано наиболее уместным и пригодным для богослужебных целей благодаря своей строгости и отсутствию чувственных и пряных интонаций. Из многочисленных ладов (напевов) греческого пения самыми приличными для богослужения считались дорийский, затем фригийский, лидийский и ионийский (названия ладов указывают на происхождение из различных греческих и малоазийских провинций). Путем отбора к ним примкнули еще 4 безымянных лада, создав к началу VIII века вполне твердую почву для осмогласия – незыблемой церковно-музыкальной системы, в границах которой и развивалось впоследствии богослужебное пение.

Говоря об осмогласии, нельзя не упомянуть творца и составителя этой системы, человека, которому наша церковная служба обязана и доныне своею стройностью, божественной логикой и вдохновенной поэзией. Святой преподобный Иоанн Дамаскин (†776) – знаменитый богослов, высокоодаренный писатель, вдохновенный поэт и певец. Сын высокопоставленного вельможи при дворе дамасского халифа, Иоанн получил выдающееся образование. Родители привили ему и горячую, живую веру во Христа. Одаренный всеми талантами, блестящий молодой человек получил пост первого советника при халифе, но, будучи оклеветан своими недругами, подвергся позорной казни – ему отсекли кисть правой руки. Иоанна обвиняли в предательстве, и поэтому отсеченная кисть была вывешена на площади на страх тем, кто дерзнул бы еще отважиться на такое дело. Вечером того же дня изнемогавший от боли Иоанн послал к халифу слугу просить отсеченную руку. Гнев халифа уже остыл, и просьбу удовлетворили. Иоанн же пал на колени перед иконой Божией Матери и всю ночь горячо молился и просил исцеления. В тонком сне ему явилась Пресвятая Богородица со словами «Рука твоя теперь здорова, не скорби об остальном, но усердно трудись ею». Очнувшись утром, Иоанн увидел, что отсеченная кисть приросла, «на нейже токмо червленый знак бывшия язвы оставлен бысть» (из Акафиста иконе Божией Матери «Троеручица»). В память об этом чуде Иоанн повелел отлить из серебра руку и приложить ее к иконе, отчего она и получила название «Троеручица». Сам же навсегда удалился от двора сирийского владыки в Лавру Саввы Освященного, где и подвизался до своей кончины, а прожил преподобный 104 года. Здесь, в Лавре, изливался его песнотворческий дар, за который еще при жизни называли его Златоструйным. Около 64 канонов (почти на все двунадесятые праздники, пророкам, апостолам, святителям, мученикам, преподобным), множество тропарей («Помилуй нас, Господи, помилуй нас», «Небесных воинств Архистратизи», «Пречистому Твоему образу покланяемся, Благий» и др.), песнь «О Тебе радуется», стихиры, воскресные стихиры и каноны Октоиха – всем этим наше богослужение обязано гению Дамаскина.

Очевидно, что прп. Иоанн любил и превосходно знал церковное пение своего времени. Поэтому он и взялся за работу по упорядочению церковных напевов, результатом которой явилась система осмогласия. Работа эта требовала не только литературно-музыкального, но и систематизаторского таланта, и отличного знания пения вообще, со всеми его разнообразными местными особенностями. А особенностей и излишеств в церковном пении того времени было предостаточно: с одной стороны, искусные певцы вольно и невольно привносили в него светские, неблагоговейные мелодии и приемы; с другой – неумелые и невежественные переиначивали его, доводя до уровня своего неумения. Св. Дамаскин своим Октоихом (Осмогласником) положил преграду и тем и другим.

Все то, что пелось в церкви, все богослужебные тексты, написанные в разные времена различными песнотворцами (в значительной мере дополненные и собственными своими творениями) св. Иоанн распределил на 8 групп, соответственно числу отобранных им ладов или гласов. При этом первые стихиры каждого гласа и первые тропари канонов он изложил с нотными знаками поверх текста. Эти мелодии не были чем-то новосочиненным или личным творчеством св. Иоанна, но лишь фиксацией, т.е. записью в обработанном и проверенном виде того, что давно и повсюду распевалось, но было неустойчивым, расплывчатым и бессистемным. Гением Дамаскина это коллективное творчество многих поколений – колоссальный, чрезвычайно ценный, но сырой материал – было сведено к единству в стройной системе Октоиха.

Что же такое Октоих и как он используется при богослужении?

Октоих (Осмогласник) – церковно-богослужебная книга, содержащая песнопения, распределенные на 8 гласов. Один «глас» – это 7 служб на каждый день седмицы, где все богослужебные тексты (кроме Литургии) распеваются на один определенный напев-глас. Для седмичных (будничных) дней в Октоихе даны молитвословия и песнопения вечерни, повечерия, утрени и литургии, а для Недель (воскресений) кроме того еще малой вечерни и полунощницы. Итак, 7 служб пропеваются и прочитываются за 7 дней седмицы и составляют один глас. Гласов всего 8 – на 8 седмиц. Пропетые за это время гласы с 1-го по 8-й называются «Столп». Пение Октоиха начинается с понедельника после Недели Всех Святых и, с перерывами на двунадесятые праздники, «столп» за «столпом» поется вплоть до Недели мясопустной.

В певческой практике православной Церкви сложилось понимание гласа – как мелодии, служащей трафаретом для распевания всех текстов, к данному гласу относящихся. Каждый глас имеет свой музыкальный колорит, трудно определимый словами. Мало того, существуют многочисленные варианты попевок одного и того же гласа (например, разные «формулы» для распевания тропарей, стихир, ирмосов и прокимнов одного гласа, монастырские гласы и пр.). Тем не менее, музыкальная основа всех мелодических вариантов одного и того же гласа и доныне одна и та же – она сохранялась более или менее постоянно в течение веков. Неудобные особенности греческих напевов нашли в церковных гласах смягчение и преобразование. Здесь нет места витиеватым интонациям, исключается и произвол в пении. Ограниченное 8-ю основными гласовыми мелодиями – узнаваемыми и довольно простыми, - внимание молящихся не развлекается, но направляется к содержанию и духу воспеваемых молитв.

Несомненно, что Октоих св. Дамаскина еще при жизни его быстро распространился по Восточной Церкви в качестве музыкально-певческого руководства, «школы» осмогласия – этого живого родника, из которого потом вытекли потоки и реки наших церковных песнопений.

Ниже приведем далеко не полный перечень наиболее знакомых верующим песнопений разных гласов. Богатство и ценность осмогласия заслуживает того, чтобы его знали и с ним соприкасались не только поющие, но весь церковный народ.

В.Хорецкая

Глас 1-й

Тропарь Кресту «Спаси, Господи, люди Твоя»;
Тропарь Богоявлению «Во Иордане крещающуся Тебе, Господи»;
Тропарь Успению «В рождестве девство сохранила еси»;
Догматик «Всемирную славу»;
Ирмосы канонов Св. Пасхи «Воскресения день, просветимся, людие»;
Рождества Христова «Христос раждается, славите»;
Ирмосы воскресного канона «Твоя победительная десница»;

Глас 2-й

Тропарь Нерукотворенному образу «Пречистому Твоему образу покланяемся, Благий»;
Тропарь Крестителю и Предтече Иоанну «Память праведнаго с похвалами»;
Тропарь субботы, всем святым и усопшим «Апостоли, мученицы и пророцы»;
Богородичен «Преблагословенна еси, Богородице Дево»;
Ирмосы канонов «Во глубине посла иногда», «Грядите, людие»;

Глас 3-й

Кондак Рождеству Христову «Дева днесь Пресущественнаго раждает»;
Тропарь вмч. Пантелеимону «Страстотерпче святый»;
Воскресная стихира «Твоим Крестом, Христе Спасе»;

Глас 4-й Тропарь Рождеству Христову «Рождество Твое Христе Боже наш»;
Тропарь Божией Матери «Богородице Дево, радуйся»;
Тропарь свт. Николаю «Правило веры и образ кротости»;
Догматик «Иже Тебе ради Богоотец пророк Давид»;
Ирмосы канона Богородице «Отверзу уста моя»;
Ирмосы воскресного канона «Моря чермную пучину»;
Глас 5-й

Заупокойный седален «Покой, Спасе наш, с праведными рабы Твоя»;
Воскресные тропари «Ангельский собор» («Благословен еси, Господи, научи мя оправданием Твоим»);
Догматик «В Чермнем Мори»;

Глас 6-й

Воскресная песнь по Евангелии «Воскресение Христово видевше»;
Тропарь (стихира) Святому Духу «Царю Небесный»;
Стихира «Воскресение Твое, Христе Спасе, ангели поют на небеси»;
Погребальная стихира «Зряще мя безгласна»;
Ирмосы канона «Яко по суху пешешествовав Израиль» (6-я песнь «Житейское море»);

Глас 7-й Тропарь Преображению «Преобразился еси на горе, Христе Боже»;
Тропарь блаж. Ксении Петербургской «Нищету Христову возлюбивши»;
Воскресный тропарь «Разрушил еси Крестом Твоим смерть»;
Глас 8-й Заупокойный тропарь «Глубиною мудрости человеколюбно вся строяй»;
Тропарь Пятидесятнице «Благословен еси Христе Боже наш», «Достойно есть» и «Взбранной воеводе» часто поют на 8-й глас;
Заупокойная стихира «Плачу и рыдаю»;
Ирмосы канона «Воду прошед, яко сушу» (6-я песнь «Молитву пролию ко Господу»).


> В начало страницы <


 
>