ЕЖЕМЕСЯЧНАЯ
ГАЗЕТА "МИР
ПРАВОСЛАВИЯ"
№7 (40)
июль 2001


САЙТ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ В ПРИБАЛТИКЕ
Союз писателей России – Эстонское отделение
Объединение русских литераторов Эстонии
Международная литературная премия им. Ф.М. Достоевского
Премия имени Игоря Северянина
Русская община Эстонии
СОВЕРШЕННО НЕСЕКРЕТНО
На главную страницу
 



Из основ социальной концепции Русской Православной Церкви (Архиерейский собор РПЦ, август 2000 года)

Единство во Христе

«Братья мои, имейте веру в Иисуса Христа нашего Господа Славы, не взирая на лица. Ибо если в собрание ваше войдет человек с золотым перстнем в богатой одежде, войдет же и бедный в скудной одежде, и вы, смотря на одетого в богатую одежду, скажете ему: «тебе хорошо сесть здесь» а бедному скажете: «ты стань там», или «садись здесь у ног моих» - то не пересуживаете ли вы в себе и не становитесь ли судьями с худыми мыслями?» (Иак. 2, 1-4).

Эти слова апостола обращают наше внимание на важную проблему христианской жизни – на проблему единства людей во Христе и на то, что способно это единство разрушить.

Бог сотворил нас для существования в гармонии с Ним, с природой и самими собой – наши прародители жили в этой гармонии, где не было места разделениям, но все многообразие бытия пребывало в единстве пред очами Божиими. Нарушение заповеди Божией Адамом и Евой стало первым и самым мощным разделением – человек отделился от Бога. А поскольку единство Бога и человека было непременным условием вселенской гармонии, то вскоре разрушилось единение первых людей: «и открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги, и сшили смоковные листья и сделали себе опоясания» (Быт. 3, 7) – люди, доселе ощущавшие себя пред Богом единым целым, почувствовали отчуждение не только от Бога, но и друг от друга. Далее произошло разделение человека и природы, которая из верной слуги стала противником, подающим человеку вместо райских плодов «терния и волчцы» (Быт. 3, 18). Даже и единство с самим собой утратил человек – «плоть желает противного духу» (Гал. 5, 17), а дух стремится превозмочь плоть.

Слово Божие ясно показывает нам, что наша собственная вина в том, что мы живем вне тех условий, которые создал для нас Бог. Мы – дети Адама и Евы, и к их греху мы ежечасно прилагаем свои, усугубляя тем самым разрыв с Богом. Но уходя от Бога, мы уходим друг от друга. Этот уход, это разделение пронизывает все стороны нашей жизни – вместо единства в Боге человек вынужден существовать среди множества разъединяющих факторов. Человечество страдает от этого разрыва, и в душе каждого из нас есть хотя бы частичка этой боли – скорби по утраченному единству и гармонии. Человечество стремится вернуться в прежнее блаженное состояние. Вернуться без Бога, без покаяния – происходящие в современном мире процессы глобализации показывают нам это с предельной ясностью. Признавая неизбежность глобализации… Церковь в то же время обращает внимание на внутреннюю противоречивость этих процессов (Основы социальной концепции РПЦ, XV 1.3) – пытаясь удовлетворить естественную тягу к единению, глобализация затрагивает лишь внешнюю сторону проблемы, в то время как она имеет явно духовный характер. Попытка объединения превращается в процесс жесткой унификации, усугубляющей духовные мучения человека.

По милосердию Своему Бог не оставил нас наедине с этой болью – Его любовь даровала нам спасение во Христе. Спасение как восстановление нашего союза с Богом, спасение как воссоздание единства чад Божиих. Спасение совершается через Церковь. Только в ней мы способны обрести близость к спасительной благодати Таинств, отверзающей нам врата Царства Небесного.

Бог даровал нам спасение через Церковь. Спасение не автоматически, а в зависимости от тех усилий, которые каждый из нас готов приложить к тому, чтобы пребывать в единстве Тела Христова. Эти усилия имеют, прежде всего, нравственный характер – мы называем их покаянием и правой верой, православием. Православие начинается с веры в то, что Бог есть высшая ценность, смысл и цель нашего бытия, а покаяние с того, что мы осознаем наше недостоинство перед Богом. С этого начинается наше настоящее единство – единство кающихся грешников. Единство не внешнее лишь, понимаемое как формальная принадлежность к единой Церкви, а органическое, внутреннее. Мы видим себя смиренными грешниками, и это действительно так. Никакие наши заслуги, никакая слава, власть или богатство не изменят этого положения. Есть Бог и есть рабы Божии: у церковных врат должен воин оставить свой меч, а богач - свои деньги. У входа в храм актер должен оставить свою известность, а политик – свою власть и амбиции. У дверей церковных нищий должен оставить нищету свою, а ученый – свой авторитет. Об этом говорит нам апостол словами «имейте веру во Христа Господа Славы, не взирая на лица» – мы не должны вносить в Церковь своих мирских «личин». «Узок путь и тесны врата Царствия Небесного» (Мф. 7, 14), и так угодно Богу, что в них войдет не мирская слава и богатство, достоинство или самодовольство, а кающийся грешник.

Церковь есть единство грешников в покаянии, единство, ожидаемое тысячелетиями, и равенство – равенство в любви Господней. Все это – дар Божий, дар незаслуженный и от того неизмеримо более ценный. Мы должны беречь этот дар, ибо, разрушая его, мы разрушаем свое спасение, теряем надежду вечной жизни. Почему? Потому, что одним из существенных свойств Церкви мы считаем «единство» – «Верую во Едину, Святую…» (Правосл. Символ веры). Здесь выражение «едина» означает не только лишь количественную единственность Церкви, но и характер ее союза с Богом, а также неизменный и обязательный принцип отношения ее членов друг к другу. Искажая этот принцип, начиная общение друг с другом на основе мирских ценностей и масок, свысока поглядывая на «бедных мира сего» (Иак. 2,5), мы ставим под вопрос действенность нашего спасения, ибо делом показываем искаженность нашей веры в Церковь, показываем в себе те «худые мысли» о которых пишет апостол. Иными словами, мы теряем одно из непременных условий спасения – правую веру, православие.

Апостол предостерегает нас против преклонения перед преходящими и изменчивыми мирскими достоинствами и ценностями, против преклонения, которое часто принимает форму человекоугодничества – греха, радикально искажающего духовную жизнь христианина. Греха, отвращающего от Творца и влекущего к твари. Греха, стремящегося обратить благовестие и благочестие в инструменты приближения к богатству или власти. «Не человеком угождать, но Богу» (1Фес. 4, 1) заповедует нам устами ап. Павла Господь и предостерегает нас пророчеством о том, что «Бог рассыплет кости человекоугодников». Сколь многим из нас было бы полезно всякий час возбуждать себя к духовному бодрствованию этими грозными словами и спрашивать себя: можно ли назвать христианином того, кто предается угодничанью, забывая, что Царствие Небесное, цель нашего бытия и подвига, достигается нравственным усилием покаяния и правой верой, а не согнутой перед богатством или властью душой?

Священник А. Колосов


> В начало страницы <


 
>